Владея выразительным воображением, Шейн вечно мог просто представить себе, как это все выглянужда несколько веков назад, если в этой верной прочности проживали Уорик и Гэрет Ингэм, его праотец по материнской линии, и плели собственные запутанные интриги. Перед его мысленным взором моментально предстали картины минувшего во всем их величии сверкающие парадные приемы, богатые застолья и иные царственно-пышные события, с соблюдением всех парадных ритуалов и церемоний. На несколько мин. он переместился в минувшее Потом он несколько раз моргнул, отгоняя эти видения, и поднял голову, вынудив себя оторваться от созерцания полу снесенных закреплений и перевести взгляд на блистательный пейзаж, расстилавшийся перед ним. Любой раз, если он любовался на открывающийся отсель вид, его охватывал восторг. Шейну казалось, что бесчисленным и пустынным равнинам, поросшим вереском, свойственны особенная аскетичность и равнодушная отстраненность, ему казалось, что в таком пейзаже имеются эксклюзивное величие. Округлые очертания всхолмленных равнин вздымались перед ним и словно откатывались вдаль. Они имелись одноименны на бeсчислeннoe развевающееся многоцветное знамя зеленое, золотое и желто-коричневое, с переливами, расстилающееся до самого горизонта, где наступало бесконечнее небо, умопомрачительно голубое, сверкающее, пронизанное солнечным светом, в этот час дня серебристым. Эта краса была такой всеобъемлюще-чистой, что любоваться на нее имелось практически несносно для Шейна. Она, как всегда, вызывала в нем бурю эмоций. Это имелось то единственное пространство на земле, частью коего он себя ощущал. Если он вдали отсюда, ему неизменно чего-то не хватает, его переживает назад.сейчас он вновь намеревается в изгнание, которое, как и все его предыдущие отъезды, дело сугубо добровольное Шейн ОНил глубоко вздохнул, ощутив, как давнишняя грусть и меланхолия заполняют все его существо. Он прислонился к шее жеребца и перекрыл рукой глаза, умоляя Всевышнего избавить его от тоски по этой барышне Разве может он проживать здесь, под тем же небом, зная, что она так недалеко и в то же время так далека и недостижима Он неотъемлемо вынужден уехать уехать далеко, покинув места, кои ему так дороги, оставив ту, коию дико любит, потому что она никогда не может принадлежать ему.
Это единственная вероятность для него выжить, сохраниться мужчиной Он резко обернулся и вскочил в седло, полный решимости развеять мрачное настроение, неожиданно наскочившее на него. Он пришпорил Господа Войны, нацелив его вперед беглым галопом по пустынной вересковой равнине Проехав половину пути, он встретил двух молоденьких конюхов, кои объезжали пару блистательных чистопородных жеребцов, дружеским кивком ответил на их жизнерадостные приветствия и у перекрестка повернул на дорогу к Эллингтон-Холлу жилищу Рэндольфа Харта.Мидлэме, городке, кой славился лучшими в Британии конюшнями, где растят скаковых лошадей их там имелось не кратче десятка, Эллингтон-Холл использовал долгожданным уважением, а Рэндольф был одним из самых знаменийтеших инструкторов по выездке. Рэндольф учил лошадей Блэки ОНила и разрешал Шейну держать в собственной конюшне в Эллингтоне сообща со скаковыми лошадями деда и его жеребцов Господа Войны и Феодального Барона и кобылу купить футболку lumen Дева Если Шейн приехал к бесчисленным кованым воротам Эллингтон-Холла, ему уже посчастливилось слегка заглушить ноющую боль в сердце и разрешить уныние.конце подъездной дороги, обсыпанной гравием, перед поворотом к конюшне, окружающей за домом, он несколько раз глубоко вздохнул и успокоился.удивлению Шейна, двор был пуст, но на цоканье копыт его жеребца по булыжнику получился помощник конюха, а еще сквозь минуту из конюшни появился и Рэндольф Харт и помахал ему рукой Это был высокий, добротного сложения, грубовато-добродушный мужчина. Голос у него был под быть фигуре. Подходя к Шейну, пророкотал Привет, Шейн.хотел бы побеседовать с тобой, если у тебя сыщется беспрепятственная минутка Спешиваясь, Шейн ответил Непосредственно минутка, Рэндольф.сегодня приглашен на ужин и уже опаздываю. Он кинул поводья пареньку, кой повел Господа Войны в конюшню, дабы хорошенько почистить. Шейн изготовил несколько шагов к Рэндольфу и спросил, пожимая протянутую ему руку Надеюсь, все в порядке Да-да, поспешил урезонить его Рэндольф, следуя сквозь двор к входу в дом. Но выдавай все-таки ненадолго войдем ко мне.